Главная » Насущное, Статьи » Исповедь твиттерянина

© Коллаж: «Голос России»

Это началось 25 июня 2008 года: «Проверка, проверка. Эта штука работает?» Мой первый твит. Для начала я попытался развеселить друзей. Я и предположить не мог, что твиттерство так быстро меня затянет. Вскоре я постил твиты по 20-30 раз в день, семь дней в неделю. Были у меня забавные твиты, были грустные, были расплывчато экзистенциальные (И жили долго и счастливо» — эта фраза меня убивает), были двусмысленные, были непристойные. В течение трех лет я постил твиты ежедневно за одним только исключением — в тот день, когда умер мой тесть. В конечном итоге, у меня появилось около 25 000 читателей. Неплохо, если ты не знаменитость.

Вскоре вся моя жизнь вращалась вокруг твиттерства. Я перестал читать, редко слушал музыку и смотрел телевизор. На вечеринках я закрывался в туалете с iPhone’ом. Я постил твит, сидя за рулем, играя в теннис (в перерывах между сетами) и даже в кино (Обожаю держать тебя за руку в темноте). Находясь в оффлайне, я сочинял искусственные афоризмы, которые можно было бы использовать позже. Я и говорить начал так же и стал похож на помесь инсталляции Барбары Кругер с печеньем счастья. Я постил ежечасно, днем и ночью, пользуясь сайтом, который давал возможность отправлять твиты во время сна.

Это было наваждение. И, как в случае с большинством наваждений, ничего хорошего из этого не вышло.

Через восемь месяцев после того, как я начал писать в «Твиттер», я потерял работу в музыкальной индустрии. Найти новую при такой ситуации в экономике было ужасно трудно. Прошел почти год, пока я наконец обосновался в мужском журнале. Перед тем, как заступить на должность, я удалил свое имя из аккаунта «Твиттера» и заменил его инициалами «Л. К.»

Однажды утром, несколько месяцев спустя, в мой кабинет зашел босс. «Надо поговорить о твоем «Твиттере», — сказал он.

«Конечно, — сказал я. — Что с ним?» Он рассказал мне, что кто-то из отдела кадров натолкнулся на мои твиты и был в шоке. (Ну да, способность генерировать грубые шутки анатомического содержания — не то качество, которое Америка корпораций ценит в новых сотрудниках). Мои твиты явно нарушали политику компании в сфере социальных СМИ. Мне предоставили выбор: удалить аккаунт или разорвать трудовой договор. Я чувствовал, что мои дни сочтены, и в любом случае испытывал двойственное отношение к своей работе, поэтому предпочел уйти из журнала.

На этот раз быть безработным оказалось еще тяжелее. С другой стороны, у меня было больше времени на «Твиттер». Что он мне дал? Ни богатства, ни славы — в «Твиттере» я большую часть времени был анонимом. Но для меня каждый твит был перформансом. Как писал Джон Апдайк: «Ни один поступок не является настолько частным, чтобы не искать аплодисментов».

Примерно через месяц после увольнения я расстался с женой, переселился из нашего дома на Лонг-Айленде в квартиру на Парк-Слоуп. Однажды утром в приступе раздражения я написал: Когда-то ради жены я был готов полезть на амбразуру, а теперь мечтаю о пулемете. Для меня это была просто шутка. Для моего сына это был тревожный комментарий по поводу человека, которого любим мы оба. Он пригрозил отфрендить меня. Я немедленно удалил твит.

Примерно в это же время — что, пожалуй, неслучайно — моя привычка стала все меньше походить на порыв и все больше — на бремя. Из способа поделиться размышлениями о жизни твиты превратились в саму жизнь. Я всерьез задумался о том, чтобы покончить с этим.

Я ретвитнул некоторые из своих прежних постов, говоря себе, что они покажутся новыми моей значительно увеличившейся аудитории. Правда была такова, что, задавшись целью постить все время — и так, чтобы каждый твит содержал в себе хотя бы крупицу остроумия или подлинного чувства — я истощил свои силы.

Примерно месяц назад я совершил «твиттероубийство». Некоторые читатели умоляли меня отменить это решение, а слова признательности и добрые пожелания текли рекой — как в финале фильма «Эта прекрасная жизнь». Но я знал, что пора возвращаться к себе.

Бывает ли так, что иногда меня вновь тянет написать в «Твиттер»? Продолжаю ли я сочинять твиты в уме? Скучаю ли я по друзьям из «Твиттера»? Безусловно. Но огромное бремя моего принуждения снято. Теперь, идя спать, я сначала выключаю iPhone, а потом — свет. Проснувшись, я в первую очередь иду  варить кофе, а не строчу Сегодня утром кто-то приправил мне кофе оптимизмом, и я его тут же выплюнул.

В предпоследнем твите я призвал всех зафрендить моего сына. Даст бог, он тоже поймет, когда остановиться. Забавный пацан. Станет еще забавнее, набравшись мудрости и печали.

Автор: Ларри Карлат — писатель, редактор и веб-профессионал, живущий в Бруклине. Вы не найдете его в Facebook.

Источник: Голос России


Следите за обновлениями сайта в социальных сетях: 

FacebookTwitterВконтакте

Поддержите портал www.MirVam.org

GD Star Rating
loading...
GD Star Rating
loading...

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Комментарии фейсбука:

Похожие записи:
Нейрохирург Олег Острейко: То, что я стал нейрохирургом — это Божье водительство
Нейрохирург Олег Острейко: То, что я стал нейрохирургом — это Божье водительство
Кандидат наук и врач нейрохирург, применяющий новый метод лечения головной опухоли Олег Острейко вместе со своей женой Радмилой поделились историей о том, как они вошли в свое призвание. Об этом пара рассказала в разговоре с президентом и вед...
Бывший американский детектив рассказал, как покаялся, расследуя дело воскресения Христа
Бывший американский детектив рассказал, как покаялся, расследуя дело воскресения Христа
Бывший атеист и детектив рассказал, как покаялся, когда расследовал дело воскресения Христа. Историей своего покаяния Джим Уорнер Уоллес, бывший следователь по нераскрытым делам и старший научный сотрудник Центра христианского мировоззрения К...
«Я – мать жертвы». Как обрести Бога после смерти дочери, несправедливого обвинения и 30 лет тюрьмы
«Я – мать жертвы». Как обрести Бога после смерти дочери, несправедливого обвинения и 30 лет тюрьмы
Линда Баркман провела в тюрьме 30 лет, после того как сожитель убил её двухлетнюю дочь. Но вышла она из заключения с молитвой об искуплении убийцы, докторской степенью богословской семинарии и 28-летним опытом пасторского служения. Она окончила Фу...
Ник Вуичич рассказал о самых печальных моментах в своей жизни
Ник Вуичич рассказал о самых печальных моментах в своей жизни
Ник Вуйчич, евангелист, который вдохновил миллионы людей и проповедовал Евангелие президентам, признает, что он не только сталкивался когда-то с депрессией, но и шел по «глубокой темной долине», которую только Слово Божье помогло ему пройти. Вуйчи...
Китайский бизнесмен сделал свою кофейню местом публичного благовестия
Китайский бизнесмен сделал свою кофейню местом публичного благовестия
Сегодня кофе один из самых популярных напитков в Китае. По всей столице появляется все больше кофеен. Один владелец кофейни нашел уникальный способ, как предлагать посетителям нечто большее, чем просто любимый напиток. Вэй Ханье — уроженец Пекина....
Примечание. При использовании материалов сайта гиперссылка на www.mirvam.org обязательна. Использование материалов в печатных СМИ только после письменного разрешения редакции.

Нет комментариев... Вы можете быть первым!