Главная » Взгляд, Интервью » Памяти пастора Сергея Реуты

10859395_370615663110819_1122341511_nСергей Реута — человек, который пришел к Богу в погонах и ушел к Нему в них. Таким вспоминает погибшего брата во Христе и миссионера Анатолий Гаврилюк, старший епископ Центра независимых христианских харизматических церквей Украины. Однако при личном общении с семьей погибшего пастора, его друзьями и членами церкви, понимаешь, каким глубоким, сильным и Христовым был Сергей Реута. Каким был любящим и любимым.

Первым о Сергее рассказал Андрей Копылаш, пастор церкви «Живое слово» в Киеве. Говорил Андрей вдумчиво, не торопясь, складывая каждое драгоценное воспоминание о своем друге словно пазл – в общую картинку.

— Пастор Андрей, расскажите, пожалуйста, когда и как вы познакомились с Сергеем?

— Это было в 1998-м году во время моей поездки в Луганск. Я приехал к нему в церковь «Живое слово», которую Сергей основал в 1994 году. Еще тогда для себя отметил такие его качества, как порядочность, простота и искренность. Такой была и супруга Сергея. До сих пор помню, как поднимались по ступенькам вместе с ними на 13-ый этаж, где Сергей с семьей снимали простенькую квартиру. Никаких нареканий, претензий к жизни, так сказать, у них не было. И для меня Сергей был героем, потому что покинул Киев, все удобства и приехал с молодой супругой в незнакомый город, к незнакомым людям.

И вот, прожив в Луганске 20 лет, он, согласно своим личным убеждениям, решил проявить неравнодушие через участие в защите горожан. До покаяния Сергей был военным, человеком чести и долга, совести. Думаю, потому он не мог молиться о мире и не быть одним из тех людей, через которого Бог мог его принести людям. В этом, мне кажется, и проявляется многофункциональность Тела Христового, когда кто-то кормит пострадавших от войны, кто-то поселяет у себя беженцев, кто-то перечисляет деньги, а кто-то – идет на войну. Все зависит от личных убеждений каждого человека.

«Война не является оправданием для наших плохих поступков»

— Как вы думаете, почему Сергей не мог стать просто капелланом? Жить со своей семьей, продолжать быть пастором и параллельно приезжать служить военным?

— Скажу одно: он не мог иначе. Ему было сложно каждый раз брать в руки оружие, понимая, что при необходимости – а ведь это война, а он – солдат! – нужно будет стрелять. Но еще сложнее, невыносимо сложно для Сергея было бы такое служение, 50/50. Вроде и с солдатами, а вроде и нет. Ведь сегодня солдат жив, а завтра приедешь в роту, а его уже нет. Был ли с ним кто-то рядом, когда он умирал? А Сергей был человеком радикальным. Он решил однажды жить для людей и ради Христа и все, значит, нужно отдавать себя на 100%. Не меньше.

Знаете, а ведь в его роте были особенные ребята. Из них мало кто курил, выпивал, даже матерился. А ведь это война, нервы сдают на раз. «Война не является оправданием для наших плохих поступков», — так он говорил ребятам. Говорил не столько словами, сколько жизнью среди них. Это все я рассказываю не со слов Сергея, а благодаря отзывам бойцов, сослуживцев, с которыми мы познакомились на похоронах Сергея… Война не изменила его. Он каким был добряком, таким и остался. Человеком Божьим.

«Смерть человека – индикатор его жизни»

— Пастор Андрей, о служителе Сергее Реута многие узнали только после его смерти, увы. Почему так, как вы думаете?

— Знаете, он был очень скромным человеком. При всем его радикализме, принципиальности, он никогда ничего не просил для себя. Помню, спрашивали его с братьями, мол, Сергей, давай купим тебе берцы или бронежилет. Ты же на войне! А он – ни в какую. Говорит, у меня все есть. Разве что ребятам помогите, они мерзнут.

Смерть человека – индикатор его жизни. Вот кто-то рождается в богатой семье, окруженный любовью, заботой, а умирает – в одиночестве. Знаете, как хоронили Сергея? Как генерала. С почетным караулом, с салютом, оркестром.

Сергей ведь умер от осколков снаряда, в Песках – одной из самых горячих мест войны в Украине. И в течение полугода, пока он служил рядовым, он задавался вопросом, что будет, если ему придется выбирать между своей жизнью и жизнью наступающего врага?

Я не знаю, ответил ли Сергей себе на свой же вопрос. Знаю, что он был человеком, чьим главным оружием было сердце. Доброе, любящее, сострадательное.

Сергей умер героем. Потому что он жил как герой. И когда мне задают вопрос, место ли христианину на войне, я спрашиваю, а место ли там Христу?

Защищать нельзя убивать

Казалось бы, что после рассказанного пастором Андреем Копылашем, добавить о Сергее нечего. Тем не менее, мы пообщались с членами церкви погибшего, Юрием и Светланой Печеными. Пообщались, чтобы рассказать об этом и вам.

— Он был человеком с большой буквы. Всегда мог что-то подсказать, выслушать, вникнуть. Пастор был отличным семьянином. И тут речь идет не только о его семье, но и о всей церкви. Сергей всех вмещал. Все дети в церкви были словно его детьми, каждого принимал, о каждом заботился как о родном.

— Как думаете, Юрий, почему же тогда Сергей оставил свою церковь и ушел защищать город и страну?

— Он не мог иначе. Когда в Луганске начали избивать, грабить, пытать людей, мы не могли стоять в стороне. Конечно, пастор и вся церковь молились. Однако пострадавшие об этом не знали. А значит, и о Боге, Который может защитить каждого, не догадывались. Вот потому Сергей и решился стать активным участником батальона патрульной службы специального назначения Луганска. Показать людям, что им есть на кого опереться и что они не брошены на произвол судьбы.

С пастором ушло еще 3 наших ребят из церкви. Они защищали нас на передовой, мы их – в тылу. Мне кажется, такой и должна быть церковь. Живой, реагирующей. По крайней мере, такому пониманию служения учил нас наш пастор Сергей Реута.

Одна плоть

Идя на встречу с Еленой, супругой Сергея, я пыталась представить себе ее. Какой может быть жена такого сильного человека? Наверное, такая же радикальная, принципиальная и в то же время добрая и заботливая?

Мило улыбаясь, Елена открыла двери своего дома и сразу пригласила меня на обед. «Давайте я вас покормлю свежим супом с фрикадельками. Вы ведь наверняка устали», — бесконечно милая, нежная и улыбчивая. Она была и остается такой. Женой человека, за которым готова была идти на край света. Сильной женой сильного человека, полгода живущей с телефоном в руках в ожидании звонка от мужа, находящегося на передовой.

— Елена, а как вы отнеслись к решению мужа идти на войну?

— Знаете, мой муж если что-то решал, то уже бесповоротно. Мы ведь миссионерами-то стали сразу же на второй день после свадьбы. Так вот он говорит, мол, едем в Луганск, церковь начинать. И поехали. Так и прошло 20 лет…

А когда беспорядки начались он, видя в каком коррумпированном состоянии находятся правозащитные органы и как напугано и растеряно мирное население, понял, что нужен Луганску. И нам с детьми так говорил, что это наш город, что мы в эти смутные времена людям нужнее всего сейчас, как церковь.

— Изменился ли Сергей за последние полгода, находясь на войне?

— Конечно, нет. И сам не изменился и другим не давал. Я встречала бойцов, которые служили с Сергеем. Все говорили, что война изменила если не каждого, то каждого второго служащего в худшую сторону. Война изменила многих, но не Сергея. Понимаете, он если видел конфликт, то садился, вникал и не уходил до тех пор, пока ситуация не решалась. Всегда и во всем Сергей доводил начатое до конца. Чувствует страх – сразу молится. Он на Бога опирался. Всегда.

Я скучаю по нему. Все мы скучаем. Мы ведь только недавно отпраздновали 20 лет совместной жизни, а тут… Но я ни о чем не жалею. Сергей сделал все правильно. По-мужски, по-человечески и по-христиански.

Незаметно к нашему столу подсел 19-летний сын Сергея и Елены – Никита. Милый парень, будущий ветеринар, он улыбался также скромно и вежливо, как и его мама.

— Никита, скажи, чему ты больше всего научился от папы? Кем он являлся для тебя?

— Папа (задумчиво)… Папа был настоящим мужчиной. Всегда он был главой в доме, все решал сам. Мама и мы были за ним как за каменной стеной. Любые испытания он проходил стойко, по-мужски. Не боялся и шел вперед. Да, папа научил меня быть верным своему слову, призванию и семье. А еще научил любить свою страну. Он любил Луганск и любил Украину, как в целом, так и в каждом украинце отдельно.

Папа научил меня быть мужчиной: в личной жизни, в семье, в служении и в своей стране. Папа научил меня быть человеком, берущим на себя ответственность за других. До конца. Брать ответственность так, как это изначально сделал Христос.

Подготовила: Инга Че, Ассоциаця «Духовное возрождение»


Следите за обновлениями сайта в социальных сетях: 

FacebookTwitterВконтакте

Поддержите портал www.MirVam.org

GD Star Rating
loading...
GD Star Rating
loading...

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Комментарии фейсбука:

Похожие записи:
Московская «Благая весть» проведет онлайн-конференцию «Вера» с известными служителями
Московская «Благая весть» проведет онлайн-конференцию «Вера» с известными служителями
Вместо запланированного ранее на октябрь приезда Кеннета Коупленда в московской церкви «Благая весть» пройдет  онлайн-конференция «Вера». Конференция будет проходить 11 по 18 октября, сообщает Христианский Мегапортал invic...
Московская «Благая весть» проведет онлайн-конференцию «Вера» с известными служителями
Московская «Благая весть» проведет онлайн-конференцию «Вера» с известными служителями
Вместо запланированного ранее на октябрь приезда Кеннета Коупленда в московской церкви «Благая весть» пройдет  онлайн-конференция «Вера». Конференция будет проходить 11 по 18 октября, сообщает Христианский Мегапортал invic...
Христианская певица: Бога не услышать, если утро начинать с Instagram
Христианская певица: Бога не услышать, если утро начинать с Instagram
Христианская певица Мадина Сайидмамадова рассказала  о том, как научиться слышать Бога. Мадина, как вы слышите Бога? По отношению ко мне, Божий метод — это методом пряника. Чудеса, которые Господь совершает для меня, на мой взгля...
«Я – мать жертвы». Как обрести Бога после смерти дочери, несправедливого обвинения и 30 лет тюрьмы
«Я – мать жертвы». Как обрести Бога после смерти дочери, несправедливого обвинения и 30 лет тюрьмы
Линда Баркман провела в тюрьме 30 лет, после того как сожитель убил её двухлетнюю дочь. Но вышла она из заключения с молитвой об искуплении убийцы, докторской степенью богословской семинарии и 28-летним опытом пасторского служения. Она окончила Фу...
Мы прошли через долину скорби: Артур Симонян
Мы прошли через долину скорби: Артур Симонян
В рамках программы “Дом Веры” пастор церкви “Слово Жизни” в Армении Артур Симонян дал первое интервью после потери в семье. В разговоре с Максимом Максимовым пастор рассказал о пережитом, что они проходили, как боролись и что Господь говорил и показы...
Примечание. При использовании материалов сайта гиперссылка на www.mirvam.org обязательна. Использование материалов в печатных СМИ только после письменного разрешения редакции.

Нет комментариев... Вы можете быть первым!